gomazkov (gomazkov) wrote,
gomazkov
gomazkov

А ещё в очках!


Кое-кто из моих родственников, регулярно читающих эти записи, сделал мне аккуратное замечание: очень уж я сосредоточен на собственной драгоценной персоне.
Постараюсь исправиться, но, прежде чем пораскинуть умом – а на чьей же – ума не приложу – драгоценной персоне мне теперь сосредоточиться, ещё разок расскажу о своей.
Придя на днях в оптику за новыми очками, с удивлением обнаружил, что металлические оправы, которые я носил все двенадцать лет, что пользуюсь оптикой, решительно вышли из моды – их просто не было на витрине.
Взял пластмассовую. Дочь, увидев меня, сострадательно улыбнулась и сказала, что такое носят только хипстеры. Я ответил, что сейчас, может быть, и хипстеры, ей виднее, а тридцать лет назад такое носили профессора.
Пошарил в архиве и вот что нашёл в подтверждение.






Слушался бы в своё время отца, может, и сам профессором стал бы, а так – лишь лысина и борода. Ну, и очки теперь.



Tags: были, дочь, лично, отец
Subscribe

  • * * *

    Коль ты вечор коснулся тайн Опасных, истин вредномудрых, Волшебный Огуречный Тан Тебя к себе вернёт наутро. Коснётся жарких труб твоих Дуэт…

  • Зимнее

    У нас не Дед Мороз – Морозец. Когда мы вязнем, что ни век, в распутице разноголосиц, он наш единый оберег – от несуразиц, околёсиц, гнильцы,…

  • * * *

    у возмужалости в уму шалости и нет жалости к обветшалости

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 65 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • * * *

    Коль ты вечор коснулся тайн Опасных, истин вредномудрых, Волшебный Огуречный Тан Тебя к себе вернёт наутро. Коснётся жарких труб твоих Дуэт…

  • Зимнее

    У нас не Дед Мороз – Морозец. Когда мы вязнем, что ни век, в распутице разноголосиц, он наш единый оберег – от несуразиц, околёсиц, гнильцы,…

  • * * *

    у возмужалости в уму шалости и нет жалости к обветшалости