gomazkov (gomazkov) wrote,
gomazkov
gomazkov

Categories:

* * *


С моей любимой тёткой, младшей сестрой отца, мы видимся редко: живём в разных городах, дела, болячки, в общем – стареем порознь.
А тут на отцовском дне рожденья наговорились от души, захотелось даже записать кое-что на память.
Родилась тётка в покорённой Германии, в сорок шестом, от моего деда политрука и его фронтовой жены, заменившей потом моему отцу погибшую мать.
Тётка моя – весёлый человек трудной судьбы.
Вспоминала, как в послевоенном Сталинграде брат (мой отец) всюду таскал её с собой, даже на первые свидания (а куда девать ребёнка – родители-то с утра до ночи на работе), а когда отцовской волейбольной команде за победу вручили приз шоколадками, вся команда отдала их моей тётке.
Шесть Сталинградских шоколадок пятидесятого года – память на всю жизнь.
Вспоминала, как уже в Москве её отец (мой дед) сказал ей:
- Да, Лена, не хотел я, чтобы ты на мехмат шла, а теперь вижу – была права: на одни пятёрки учишься. Вот четвертый курс закончишь, можешь и замуж выходить.
- А мне не надо, пап, – ответила тётка, – я лучше двух вьетнамчиков на воспитание возьму, у них сейчас трудно, а замуж я не хочу совсем.
И ушла в университет.
Вернулась вечером, а мать в панике: «Что ты сказала отцу?»
«А я помню, что ли… Что случилось-то, мам?»
«Меня отец чуть не убил – кого ты мне воспитала? – спрашивает».
Ещё вспоминала, как работала в наглухо закрытом оборонном институте, но и туда по праздникам возили артистов: в фургоне без окон – подвезут прямо к проходной и быстро-быстро по коридору в актовый зал.
А однажды приехали цыгане, и только открылась дверь фургона, они – фр-р-р! – и разбежались, как тараканы, по всему секретному объекту.
И пока охрана долго их отлавливала и собирала, научные сотрудники стояли, сложившись пополам от хохота.
- А зачем они разбежались-то? – спросил я тётку.
- А чёрт их знает! Цыгане же…
Вспоминала и про меня: когда мне было четыре года (а тётке, соответственно, двадцать три) я очень хотел гулять с ней под ручку, но тётке было неудобно ходить, склонившись на бок, и она предложила:
- Давай, Алёш, мы пока просто за ручку гулять будем, а под ручку – когда ты вырастешь.
- Когда я вырасту, – ответил я, – я буду гулять не с тобой, а с женой.
Честно говоря, на нежного лирического ребёнка, каким я был, это совсем не похоже. Даже родители мои засомневались.
Но тётке своей я верю. Тётка моя не врёт.



Tags: лично
Subscribe

  • Дочь рассказывает

    Работа с детьми дошкольного возраста требует многого, главное – терпения. В том числе, чтобы не хохотать над шутками молодёжи: ведь это – в силу…

  • * * *

    Я тут позавчера на футбол сходил, а вчера – в консерваторию. Вдобавок – и туда, и туда – очень удачно. Потому что билеты взял – отчасти из-за…

  • * * *

    Рассказывая экскурсантам о том, что Настасья Львовна Энгельгардт вышла замуж за Боратынского почти неприлично поздно – в двадцать два года, я…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments

  • Дочь рассказывает

    Работа с детьми дошкольного возраста требует многого, главное – терпения. В том числе, чтобы не хохотать над шутками молодёжи: ведь это – в силу…

  • * * *

    Я тут позавчера на футбол сходил, а вчера – в консерваторию. Вдобавок – и туда, и туда – очень удачно. Потому что билеты взял – отчасти из-за…

  • * * *

    Рассказывая экскурсантам о том, что Настасья Львовна Энгельгардт вышла замуж за Боратынского почти неприлично поздно – в двадцать два года, я…