Category: психология

Category was added automatically. Read all entries about "психология".

седой

* * *


Чтобы есть бутерброды по рецепту кота Матроскина – колбасой вниз, надо, во-первых, чтобы колбаса была крупной в сечении, иначе это будет не бутерброд, а канапе: ведь очевидно, что кус колбасы может быть только один, иначе всё попадает.
Во-вторых, кус этот должен быть достаточно толстым, иначе он будет отгибаться вниз, и есть его будет неудобно.
Впрочем, в нашем детстве в ходу были именно такие бутерброды: порой ещё и с маслом – для большей склеенности хлеба и колбасы, а теперь следует признать, что рецепт кота Матроскина остался далеко в прошлом, как и само наше детство…



седой

* * *


В детстве я, разумеется, пел припев песни про тачанку как «эх, тачанка-растачанка», понимая сие недвусмысленно: «такая-растакая раскрасавица тачанка».
Потом мне захотелось разнообразия, и я стал петь «эх, тачанка-растопчанка». Едва ли я знал тогда что-то о графьях Ростопчиных, я имел в виду иное: «красавица тачанка топчет своих врагов, как тараканов».
Потом и это мне прискучило, и я решил ввести в песню атмосферу боя со звуками выстрелов. А так как выстрелы я в то время изображал примерно как «тофф! тофф!», то и петь стал «эх, тачанка-растофчанка».
Вот таким окольным путём я совершенно неосознанно пришёл к верному произношению оригинального текста.



седой

И ещё о мальчиковых именах


Как-то раз в далёком детстве мы с моим приятелем Антоном выстругали красивую лодочку из толстой сосновой коры и уже собрались было пустить её в первое плавание по лесному ручью, как вспомнили, что не дали судну имени.
- Давай, – предложил я, – назовём её по началу наших имён: Алан.
- А чё это, – обиделся мой приятель, – твоё имя первое?
- Хорошо, – благородно согласился я, – тогда Анал!
Судя по тому, что я не помню, как поплыла наша лодка, вероятнее всего, поплыла она именно так, как мы её назвали.
Вот так пустые амбиции – с одной стороны, и излишняя сговорчивость – с другой, губят хорошие начинания.



седой

* * *


Сосед мой – не из лежебок.
Весь день он бегает, как ток,
не замечая холода.
Нашёл на стройке молоток
и стал – метатель молота.

Атлетом стать и мне пора.
Пойду на свалку я с утра
за духом олимпийским.
Начну с толкания ведра,
потом – метанье миски!



седой

Продаю идею!


Забесплатно!
Сегодня (уже вчера), кажется, была официальная премьера Вильяма нашего «Левиафана».
Так что срочно и забесплатно продаю идею.
Надо немедленно выступить с рецензией: дескать, будучи цивилизованным человеком (в отличие от), я не мог позволить себе пиратских скачиваний, но вот теперь – послушав вас долго и терпеливо – скажу: ну и дураки же вы все!
И далее – уже всё равно что: дело сделано, я – Д’Артаньян – весь в белом!
Продаю идею забесплатно, потому что мне не пригодится: не смотрел и не буду.
Так вышло, что узнал случайно фабулу и сразу заскучал.
Не ищу я правды жизни в искусстве: и так её знаю, ищу в искусстве другого.
Потому люблю, например, Феллини, у которого – и сюжет депрессивный, и всё плохо, а в конце смеёшься сквозь слёзы и засыпаешь счастливым.
Или «Сны» Куросавы (это я на ходу вспоминаю: редко кино смотрю – не фанат), или «Солнце» Сокурова (что это меня на Японию потянуло) – пожалуй, последний на сей момент фильм, который меня по-настоящему зацепил: и совсем не собирался, и время позднее, и вставать рано, а попал, листая каналы, и завис. И челюсть зависла.
Чуда хочу. Удивления.
А то, что, как говорит моя дочь, "жизнь – боль" (тоже мне открытие), давно знаю по себе.
Только я в меру малых сил своих с этим знанием борюсь, и в подмогу мне воздушных шариков надо. А гирек не надо – и так все полки заставлены заместо слоников.
Но это я, собственно, не про «Левиафан»: я ведь его не смотрел, – просто жалко стало, что такую идею забесплатно продаю – надо хоть душу отвести.



седой

* * *


НОС

Я вижу мох моих бровей
Левей – близ  носа – и правей.

А если сделать трубкой губы –
усы под носом – щёткой грубой.

А закачу глаза и – глядь –
над носом – в центре – чёлки прядь.

При этом носа самого
не вижу – будто нет его.

Но слышу, как вздыхает он,
один – в шерсти со всех сторон.



седой

* * *


Однажды – в студёную и зимнюю для моего душевного состояния пору – я поймал себя на том, что завидую самовлюблённым дуралеям, которых вокруг немало – особенно в артистической среде.
Меня это расстроило, но не само по себе: я испугался, что завидую их успеху.
К счастью, когда холодная пора прошла, зависть моя улетучилась без следа, сменившись равнодушием, и я понял, что – слава Богу – завидовал только их душевному комфорту и уверенности в себе, так как у меня самого с этим делом были серьёзные проблемы.
Теперь вот думаю, может, равнодушие к самовлюблённым дуралеям – это тоже нехорошо, может, их надо жалеть?
Но опять же боязно: гордыней отдаёт.
Нет, я понимаю, конечно: по большому счёту самовлюблённых дуралеев надо любить, но это уж, как говорится, «разве что Ленин может».



седой

* * *


Гостя у родителей в Москве, набрёл на собственные архивы, заботливо хранимые отцом.
Что сказать: о своих поэтических дарованиях вывод мной был сделан уже давно, но приятно утвердиться во мнении.
Свои лучшие строки я написал в четыре и пять лет соответственно:

Сено, сено – семь стогов.
Сено радует коров.

Это четыре.

Стучит баран в ворота,
Он ищет там кого-то.

Это пять.

Собственно, этим я практически исчерпал отпущенные мне стихотворные таланты.
Вот – для подтверждения – опус лет семи: явно по мотивам «Бородина».
Привожу в отрывках, ибо – невмочь.

Вот враг подошёл, прицелился в нас,
Но меток у русского правый глаз!
Выстрел раздался, и враг упал,
Который за конницей скакал…

(Интересно, на чём – явно ведь не на коне, судя по контексту).

И враг от свирепости онемел,
И только кричал: «В бой!»

(Действительно, онемел).

И тысяча мёртвых кровавых тел
Смешалась в битве густой…

(И притом – никакого «Зомби-апокалипсиса» тогда ещё снято не было).
В финале ещё обращает на себя внимание строчка: "И враг от стыда отступил". Какая всё же примечательная и многогранная личность этот враг: даже интересно, кто он? Одно можно сказать: если скачет, значит, не москаль.


И так далее…
С глубоким удовлетворением должен признать: годы учёбы и практики прошли не бесследно. Сейчас я пишу лучше, чем в семь.
Но – хуже, чем в пять.



седой

Нуждаюсь в психологической консультации


Можно – любительской.
Но стесняюсь, поэтому пишу в воскресенье.
Стал замечать периодическую утрату контроля над частицей «не» в своих интернет-писаниях, особенно, когда комментирую быстро.
Впрочем, и перечитывая, не всегда замечаю.
Чаще пропускаю «не», но иногда и вставляю лишнее там, где оно уже есть.
А это не не всегда безобидно, а иногда даже обидно: ведь смысл меняется на противоположный, что очень хорошо. В смысле – не очень.
Это побочный эффект моей тяги к консенсусу, протест подсознания против вечного российского негативизма, или что-то ещё?
Как вам кажется?



седой

Снегу бы...


Бурый, слежавшийся, будто медведь,
смотрит с тоской в небеса
снег:
ты сошёл бы хоть на два часа,
белый мой братец,
ответь!

Но в облаках – тихо всё и мертво.
Долу спустив балдахин,
братец не встанет с пуховых перин.
Спячка, видать, у него.